Страстная

[meladan]

Два стихотворения Тимура Кибирова меня поразили в эту неделю.

Их-то Господь — вон какой!

Он-то и впрямь настоящий герой!

Без страха и трепета в смертный бой

Ведёт за собой правоверных строй!

И меч полумесяцем над головой,

       И конь его мчит стрелой!

А наш-то, наш-то — гляди, сынок —

А наш-то на ослике — цок да цок —

       Навстречу смерти своей.

А у тех-то Господь — он вон какой!

Он-то и впрямь дарует покой,

Дарует-вкушает вечный покой

       Среди свистопляски мирской!

На страсти-мордасти махнув рукой,

В позе лотоса он осенён тишиной,

       Осиян пустотой святой.

А наш-то, наш-то — увы, сынок, —

А наш-то на ослике — цок да цок —

       Навстречу смерти своей.

А у этих Господь — ого-го какой!

Он-то и впрямь владыка земной!

Сей мир, сей век, сей мозг головной

       Давно под его пятой.

Вкруг трона его весёлой гурьбой

— Эван эвоэ! — пляшет род людской.

       Быть может, и мы с тобой.

Но наш-то, наш-то — не плачь, сынок, —

Но наш-то на ослике — цок да цок —

       Навстречу смерти своей.

На встречу со страшною смертью своей,

На встречу со смертью твоей и моей!

Не плачь, она от Него не уйдёт,

       Никуда не спрятаться ей!

***

“Я не спорю, Боже, Ты свят, свят, свят,

       Говорил Творцу человек, —

Только Ты-то бессмертен и всемогущ,

Прохлаждаешься вечно средь райских кущ,

Ну а мне, слабаку, в мой коротенький век,

       Мне прямая дорога в ад!

Посмотрел бы я, Боженька, на Тебя

Будь я как Ты, а Ты будь как я!

Я бы тоже, конечно же, стал бы свят,

       Ты бы тоже отправился в ад!”

Отвечал, подумав, Творец ему —

       “Ты во многом, сыночек, прав.

Что ж, давай я стану такой как ты,

И пример покажу такой красоты,

И бессмертье, и мощь добровольно отдав<

       И сойдя в могильную тьму,

Что, конечно, пример ты возьмёшь с меня!

Я ведь стал как ты, станешь ты как я

       Только Слову поверь моему!

Станешь ты, Адам, как когда-то свят!

       Взвоет в страхе бессильный ад!”

Но глядя на смертные муки Его

       Отвечал Творцу человек —

“Не хочу Человеком я быть таким!

Я хочу быть лучше богом живых,

Покорившим сей мир, продлившим сей век

       Всемогущим владыкой всего!

Насмотрелся я, боженька, на Тебя!

Я не буду как Ты, Ты не станешь как я!”

И пошёл человек от Креста назад,

       А Спаситель сошёл во ад.
 

 

PS 

И еще два под катом. Пронзительные...

Баллада

 

Ну и что с того, что давным-давно

       Королевство покинул он?

Захватил самозванец старинный трон

              Давным-давно.

              Только всё равно

       Он вернётся, мой славный Король!

Он вернётся, конечно. Он мне обещал.

              И меня не обманет Он!

Ну и что с того, что давным-давно

       Все привыкли уже без Него?

И пали в бою паладины Его

              Давным-давно.

              Только всё равно

       Он вернётся, мой славный Король!

Он вернётся, конечно. Он мне обещал.

              И меня не обманет Он!

Ну и что с того, что давным-давно

       Предал я моего короля?

И с тех пор мне постыла родная земля

              Давным-давно.

              Только всё равно

       Он вернётся, мой славный Король!

Он вернётся, вернётся! Он мне обещал.

              И меня не обманет Он!

 

***

Блудный сын

 

Ах, как вкусен упитанный был телец!

И отёр счастливые слёзы отец.

И вот отоспался сынок наконец,

       Отмылся от въевшейся вони.

И жизнь в колею помаленьку вошла.

И вставало солнце, ложилась мгла

Под скрип жерновов, мычанье вола,

       Лай собак и псалтири звоны.

Вот и стал он позор и боль забывать,

И под отчей кровлей ему опять

Стало скучно жить и муторно спать…

       Ой раздольице, чистое поле!

Ой вы дали синие, ой кабаки!

Ой вы красные девки, лихие дружки!

Не с руки пацану подыхать с тоски,

       Ой ты волюшка, вольная воля!

Ну, прости-прощевай, мой родимый край!

Батя родный, лихом не поминай!

Не замай, давай! Наливай, давай!

       Загулял опять твой сыночек!

И — ищи ветра в поле! И след простыл.

Старший брат зудит: “А ведь я говорил!

Вот как он вам, папенька, отплатил!

       Вы, папаша, добры уж очень!

Сколько волка ни кормишь — он смотрит в лес!

Грязь свинья найдёт! Не уймётся бес!

Да и бог с ним — зачем он нам нужен здесь?..

       Пап, ну пап, ну чего ты плачешь?”

А и вправду на кой он Тебе такой?

Чёрт бы с ним совсем, Господь Всеблагой!

Чёрт бы с нами со всеми, Господи мой!

       Мы, похоже, не можем иначе.