"Кругом все плохие, один ты хороший!"

В продолжение темы про Сами-Знаете-Что, Сами-Знаете-Где, и про Сами-Знаете-Кого, Великого и Ужасного:
meladan.livejournal.com/454306.html Повесть наСТОЯЩЕМ человеке (+ Алгоритм ответов Эрдоана)
meladan.livejournal.com/454460.html Пособие для начинающих Эрдоанов

Автор статьи - Атилла Сертель, председатель федерации газетных журналистов Турции
полный текст на турецком языке здесь www.odatv.com/n.php
Перевод olya_bale. Текст в скобочках - примечания olya_bale.
Пост мною подхвачен через antep_fistik и deniz_ati.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Уважаемый премьер-министр, я с большим вниманием следил за вашим вчерашним выступлением (а именно 18.06.2013) перед однопартийцами.

Я был потрясен. Я так расчувствовался, что в конце концов сел и написал те слова, которые вы сейчас прочитаете ниже.

Уважаемый премьер-министр...

В начале выступления ты упомянул деятелей искусства и культуры. Как искусно ты осудил Мехмета Али Алабору, указал ему "место". Ты очень прав, уважаемый премьер-министр... Этот человек и в рекламе банка снимается, и против капитализма выступает... Только благодаря тебе мы узнали, какой плохой этот Мехмет Али Алабора...

Откровенно говоря, никто в Европейском союзе не понимает, как вы лишаете банки притока государственного и местного капитала и продаете их иностранным капиталистам, и меня это тоже волнует.

Европейский Союз плохой... А Европарламент вообще мерзкий и отвратительный. Деятели искусства и культуры, кажется, родились на этот свет, только чтобы творить зло. И про докторов ты очень правильно сказал. Эти доктора-негодяи оказывают помощь пострадавшим, занимаются теми, кто не может нормально дышать от газа. Они даже мажут мазями тех, у кого образовались покраснения и ожоги на коже от совершенно безвредной добавки, которая была залита в воду для водометов. А еще эти врачи тратили свои силы на то, чтобы вызвать кареты скорой помощи для тяжелораненых, спасая им жизнь...

Ну просто невозможно не согласиться с вашей точкой зрения, уважаемый премьер-министр.
И ведь правда, эти доктора ведут себя просто возмутительно.

На экране показался какой-то профессор и сказал: "Гези парк был очень грязный и до того, как его оккупировала молодежь". Уважаемый премьер-министр, ты на это ответил так ловко, так мудро, мне даже захотелось прикоснуться губами к экрану. Я чуть было не поцеловал твое изображение.

Ты сказал ему: "Районы, где поддерживают нашу партию - просто образцы чистоты. Наши города отличаются идеальной чистотой".

Собственно говоря, вы уже доказали всех, как соблюдаете чистоту. Ваши братья, окрыленные верой, после митинга в Казлычешме оставили за собой просто сверкающую чистотой и свежестью территорию. Все недоеденные сандвичи и недопитые напитки были, надо полагать, оставлены животным, пусть подкрепятся, бедолаги...

Вот как вы заботитесь об окружающей среде, и про животных не забываете...

А еще ты прошелся по учителям, мол, они направили своих учеников на площади. Какие они плохие, эти учителя, уважаемый премьер-министр, они ведь были назначены на свои должности только благодаря тебе, и как нехорошо поступают... Ты не сказал этого, но я произнесу за тебя:

- Неблагодарные, бессовестные учителя!..

Что уж говорить про рабочих, уважаемый премьер-министр. Эти их вездесущие профсоюзные активисты. Здорово ты отчитал ту женщину, генерального секретаря в DİSK (Конфедерация прогрессивных рабочих профсоюзов Турции). Хвала тебе! Ты достоин восхищения! Вот бы ты надавал еще ей пощечин, голоса за тебя сразу возросли бы на три пункта.

В своем выступлении перед однопартийцами ты был прекрасен, уважаемый премьер-министр. До тебя борцом за веру, истинным моджахедом называли только Эрбакана (ищите информацию о Неджметтине Эрбакане). Больше так никого не называли, но тут наши уши заполнились криками "Моджахед Эрдоган, борец за веру Эрдоган". Тебе было приятно это слышать, но, как высокомерный полководец, ты не подал виду.

А журналисты какие плохие... Вот почему то, что пишут о нас в зарубежной прессе никуда не годится. Пусть ты и не смог правильно выговорить названия этих зарубежных агентств, но мы и так все поняли, о каких из них идет речь.

Ты указал и на этих негодников, что стучат в кастрюли и сковородки. Они тоже ведут себя очень плохо, ужасно шумят. Они не защищают окружающую среду так, как твои единомышленники. Они не такие тихие и спокойные, как вы. Они каждую ночь, каждую ночь, все стучат и стучат.

Подытожим:

ЕС плохой... Европарламент совсем плохой... Деятели искусства и культуры плохие... Профессора еще хуже... Учителя и рабочие тоже плохие... Журналисты плохие... Разумеется, это не относится к тем журналистам, что работают на вас... Зарубежная пресса отвратительная. Те, кто стучит кастрюлями - плохие. Имам, который заявил, что в мечети никто не распивал пиво - очень плохой. Закрытые женщины, которые выступают за то, чтобы религию не смешивали с политикой - мерзавки... И непочтительные студенты, которым ты раздал столько стипендий, никакой от них благодарности. Позаканчивали университеты и сидят безработные. Нахально заявляют: "У нас нет работы". Конечно, безработные тоже очень плохие...

Глава партии CHP обманщик, противоречит сам себе, он не в состоянии руководить этой бестолковой страной. А вот ты не такой, как Кылычдароглу, не такой, как Девлет Бахчели, ты совсем другой! Ты служишь этому народу верой и правдой. На все времена, включая прошлое и будущее, ты самый великолепный, самый демократичный, самый справедливый, самый благородный, самый порядочный, самый понимающий, самый толерантный, самый совестливый, самый трудолюбивый, самый знающий, самый высококультурный, самый способный, самый квалифицированный премьер-министр. Ты лучше всех понимаешь и знаешь свой народ.

Короче говоря, что бы мы без тебя делали...

Так и хочется пожелать тебе здравия и долголетия с твоими верными СМИ, с твоими полицейскими, которые не любят применять насилие, с твоими образованными и почтенными министрами, заместителями, губернаторами, имеющими вес в обществе.

Ты за нас не волнуйся, уважаемый премьер-министр.

Мы - лишь горстка бандюков. Великий и всемогущий - это ты!

Я уже это сказал, но повторюсь:

Кругом все плохие, один ты хороший! Да храни тебя Аллах!

Бессмертный Профессор и Мужское и Женское.

Наткнулась на очень интересный текст: глава из книги Марджори Бернс "Гиблые земли: кельтские и скандинавские влияния на образ Срединной земли у Толкина" в переводе Анны Блейз (www.weavenworld.ru/books/C37/I92 и www.weavenworld.ru/books/C37/I93), посвященная исследованию мужских и женских символических образов в произведениях Толкина. Никогда до этого особо не задумывалась об этом, а оказалось ужасно интересно. В частности, влияние викторианской эпохи - о котором я уже читала как-то в связи с... Винни-Пухом и Маугли :)

Несколько отрывков под катом - о мужских и женских ролях и качествах, образе дома, родительстве и отношениях привязанности у главных персонажей "Властелина Колец" - практически исключительно мужчинах.

"Нет сомнений, что Толкин идеализировал мужской мир верности, товарищества и братства — мир, который удобнее всего изображать через описание героических приключений, сражений и подвигов, а также совместной борьбы со злом во всевозможных его обличьях и разнообразных проявлениях. И хотя очаг и дом в этом мире тоже становятся предметом идеализации (в особенности, когда они недоступны), они все же представляют идеал иного рода — такой, от которого герой должен отказаться во имя защиты слабых или несведущих и ради того, чтобы путем самоотречения прийти к более возвышенному духовному сознанию. Это означает, что комфортом и безопасностью, привычно ассоциирующимся с домашней жизнью, хозяйством и семьей (а следовательно, с матерями, возлюбленными и женами), приходится пожертвовать — а точнее, как бы пожертвовать, поскольку в действительности в самой основе толкиновских сюжетов элементы женственности и домашнего уюта неизменно сохраняются. Фактически, Толкину куда лучше удается воздать должное женскому началу и воспеть радости домашней жизни, чем большинству его предшественников и последователей в жанрах фэнтези и приключенческой литературы.

Только не поймите меня превратно. То, к чему призывает Толкин (и чего он с успехом добивается в своих произведениях), — это отнюдь не маскулинизация и не освобождение женщины, а превознесение качеств, которые традиционно приписываются женщине и обнаруживаются в самых положительных персонажах его книг, причем персонажах как мужских, так и женских. Тем не менее, остается фактом, что в изображении женских характеров Толкин более сдержан и скован, чем в работе с образами мужчин. И в связи с этим нетрудно понять, почему у многих читателей создается впечатление, что (по крайней мере, по современным стандартам) Толкин относится к женскому полу несправедливо и слишком часто ограничивается в данном отношении простыми условностями и привычными стереотипами.

( Read more... )

Бессмертный Профессор и Женщина в мужском мире

Начало здесь: Бессмертный Профессор и Мужское и Женское.
Продолжаю цитировать зацепившую меня главу из книги Марджори Бернс "Гиблые земли: кельтские и скандинавские влияния на образ Срединной земли у Толкина" в переводе Анны Блейз (www.weavenworld.ru/books/C37/I92 и www.weavenworld.ru/books/C37/I93). В этот пост утаскиваю фрагмент про Эовин. Ну очччень интересно мне было об этом прочитать и задуматься... женщина, знай свое место!

"Все обуревающие Толкина смешанные чувства, все его стеснение и смущение, все его благоговение перед материнской заботой и плодовитостью и перед женщиной как таковой (переплетенное с исключительно традиционными и в значительной мере викторианскими представлениями о ролях, подобающих мужчине и женщине) — одним словом, все это напряженное противостояние между мирским и духовным приобретает особый интерес, когда дело доходит до анализа конкретных женских персонажей толкиновских произведений. Толкиновский мир — мир без женщин-домохозяек и без близких любовных отношений, мир мужского братства, где власть и активная деятельность за редчайшими исключениями остаются прерогативой мужчин. Какое же место в этом мире может занимать Эовин — «щитоносица», которая по своему происхождению принадлежит к англо-саксонской (и, следовательно, героической) культуре, которая на время отъезда своего дяди остается «вместо владыки над Эорлингами» (ТТ 128), которая участвует в Битве на Пеленнорских полях и, наконец, играет активную и решающую роль в победе над Предводителем назгулов?

Страстные речи, в которых Эовин изливает свое негодование по поводу того, что Всадники бросают ее с женщинами и детьми, а сами скачут «завоевывать славу» (RK 57—58), и слова Гэндальфа, оправдывающего ее стремление в битву и восхваляющего ее «храбрость и отвагу» (RK 143), настолько убедительны, что не оставляют сомнений в том, что Толкин глубоко сочувствовал Эовин и доставшейся ей непростой роли. Ибо все уважение к установленному порядку и предопределенному месту не мешало Толкину питать сочувствие к тем, кто страдает от навязанных ему ограничений. Подобно Древобраду, который освобождает Сарумана и предпочитает вольные и дикие растения укрощенным, или подобно эльфам, которые стараются поменьше стеснять Голлума, в результате чего тому удается сбежать, Толкин чрезвычайно высоко ценит свободу. Кажется, что его сострадание к тем, кто ограничен в свободе передвижения, распространяется даже на деревья Старого леса с их «ненавистью ко всем, кто может свободно ходить по земле» (FR 141).

Толкин хорошо понимает желание поучаствовать, сыграть свою роль в свершающихся событиях величайшей важности. Об этом наглядно свидетельствуют жалобы Пиппина и Мерри, сетующих на то, что их не берут с собой, или, когда их все же берут, опасающихся, что в походе они — всего лишь бесполезная «поклажа», «мешки». «Что толку от меня было? — рассуждает про себя Пиппин, когда его с Мерри захватывают в плен орки. — Пустое место! Лишний рот, бесполезная поклажа» (TT 48). Столь же красноречиво и не единожды Эовин высказывает надежду на то, что ей удастся совершить нечто значительное, и страх того, что ей этого не позволят. Впрочем, это не отменяет того несомненного факта, что Толкин предпочел бы уберечь обоих хоббитов и Эовин (Эовин — в особенности!) от скверны и грязи войны. Именно поэтому он никогда не торопится допустить лучших своих персонажей в сражение. Те, кто выступает на стороне добра, не должны запятнать себя подозрениями в том, что битва им желанней мирного исхода. И только когда находится достаточно веское оправдание, только когда не извлечь меч из ножен становится попросту невозможно, Толкин нехотя дарует своим воинам — настоящим воинам-мужчинам, нормального роста — некую joie de guerre, радость битвы, ярче всего выраженную в том эпизоде, когда воинство Рохана «с песней разит врага» (RK 113).

( Read more... )

Полностью текст здесь: www.weavenworld.ru/books/C37/I93#6

Об их совместном извращенье мыслей...

Еще о Толкине, снова из переводов Анны Блейз: Томас Шиппи. Путь в Средиземье (отрывки) 
www.weavenworld.ru/books/C37/I78#6

"Быть может, для Толкина оказалось значимым даже то, что в «Сэре Орфео» эльфы освободили и наградили своего соперника-арфиста за искусную игру, тогда как выкованный гномами меч Наследство Даина, по некоторым версиям предания о «битве Хьяднингов», обрекает Хьярранди (северного Орфея) не просто на смерть, но на бесконечно повторяющуюся гибель. В двух этих деталях сосредоточен весь конфликт двух рас, несовместимых как по характеру, так и по образу действия. Однако чем дальше мы заходим в рассмотрении того, как Толкин использовал в данном случае старинные тексты и фрагменты, тем очевиднее становится, с какой легкостью ему удавалось почувствовать, что за хаосом осколков древней поэзии Севера скрываются связность и смысл, — нужно только не жалеть усилий, и они отыщутся. Как писал Шекспир о другом Зачарованном Лесе, в котором человек здравомыслящий не увидит ничего особенного, —

Однако их рассказ об этой ночи,
Об их совместном извращенье мыслей
Свидетельствует больше, чем о грезах,
И вырастает в подлинное нечто;
Хоть это все и странно, и чудесно

(«Сон в летнюю ночь», V, I, пер. М. Лозинского). "

Речь в отрывке - об источниках вдохновения Толкина в создании образов гномов и эльфах: " Пользуясь собственным выражением Толкина, это и была «точка плавления воображения» («fusion-point of imagination»), которую, повстречав однажды, уже невозможно забыть." Про "точку плавления" - надо запомнить это выражение. Но побудило написать этот пост меня неизгладимое впечатление от стихотворного отрывка Шекспира. Просто блестяще :) И выражает так много ;)